Как спасти от уничтожения миллионы тонн нераспроданных продуктов

  • 23 марта 2020 г.
  • 0

Каждый год в России отправляется на свалку 17 млн тонн еды ; этого хватило бы, чтобы прокормить всех малоимущих страны. Но законодательство не позволяет массово раздавать лишние продукты. Спасение еды грозит либо серьезными затратами, либо санкциями за нарушение санитарных правил.

Накормить друг друга

Полкило пельменей и половинка торта, суп в стаканах из городского кафе, несколько батонов свежего хлеба и два ящика кабачков ; все эти продукты можно взять бесплатно в группе *Отдам даром еду* во *ВКонтакте*. Сейчас в ней состоит больше 63 тыс. человек, это крупнейшее в России сообщество фудшеринга (от английского food share ; делиться едой). Участников группы, которые забирают продукты, называют *спасателями*. В среднем они спасают около 5 тонн еды в день.

Продовольствие здесь раздают овощебазы, пекарни, небольшие кафе и обычные граждане, у которых что-то залежалось в холодильнике. Многие честно признаются, что часть продуктов просрочена. Но даже такая еда расходится быстро.
Контролирующие органы не в восторге от подобной практики. Три года назад активисты из *Отдам даром еду* пытались открыть в Санкт-Петербурге *Общественный холодильник*, где можно было бы оставить лишние продукты нуждающимся. Но он простоял всего день. Как только сообщения о проекте разошлись в соцсетях, Роспотребнадзор опечатал *холодильник*, а продукты отправились на свалку.

Всего в стране выбрасывают около 17 млн тонн продовольствия стоимостью 1,6 трлн рублей ежегодно, подсчитали прошлой осенью в ТИАР-Центре и Российской ассоциации электронных коммуникаций (РАЭК). Это примерно 30 млн годовых рационов взрослого человека. Таким количеством еды можно было бы накормить всех малоимущих в РФ (18,6 млн человек, по данным Росстата) и даже больше.

Тем более что далеко не всегда на помойку отправляется протухшее и прокисшее. Часто это пригодные в пищу и безопасные продукты, которые просто некуда девать. В ТИАР-Центре и РАЭК уверены, что с помощью фудшеринга в России можно сберечь до 1 млн тонн еды ежегодно. Если удастся спасать 1,2 млн тонн в год, то каждый малоимущий россиянин сможет получать по 5 кг продовольствия в месяц, говорят в благотворительном Фонде продовольствия *Русь*.

Отдать нельзя продать

Но сейчас через фудшеринговые сервисы спасают менее сотой доли процента от всего объема продуктов с истекающим сроком годности. Ни для одного из звеньев, где скапливается продовольствие, сейчас нет системных решений. У потребителей-физлиц собирать продукты проблематично. Еда в домохозяйствах накапливается неравномерно, проверять и подтверждать ее безопасность сложно и некому. А бизнесу не дает заниматься фудшерингом налоговое бремя.

Даже если с благотворительным фондом заключен официальный договор пожертвования, за передаваемые продукты компании все равно платят НДС (от 10% до 20%) и налог на прибыль (20%), объясняет управляющий партнер Yang Consult и член экспертного совета при бизнес-омбудсмене Москвы Магомед Янгулби.
*По закону пожертвование считается реализацией, и компания не может претендовать на возврат налогов*,  ; говорит юрист. В итоге для бизнеса вывоз еды на мусорный полигон обходится на 30 ;40% дешевле, чем передача на благотворительность, указывает замглавы комитета по экологии *Деловой России*, гендиректор юридической компании *Дельфи* Наталья Беляева.

Мешают фудшерингу в России и жесткие санитарные правила. Если в европейских странах на продуктах часто указывают *оптимальную* или *рекомендуемую* дату употребления, то в РФ срок годности обычно обозначают четко. И как только он истек, продукт подлежит утилизации, даже если речь идет о пачке поваренной соли. При этом товары с поврежденной или просто помятой упаковкой считаются некондиционными: их нельзя ни продать, ни раздать бесплатно.

И все же некоторые фудшеринговые проекты в России существуют. Пока они охватывают только производственное звено и общепит.

Фуры от производителей

Первый в стране *банк еды* для малоимущих ; Фонд продовольствия *Русь* ; открылся восемь лет назад. Организация забирает продукты у бизнеса и бесплатно раздает их незащищенным категориям граждан через другие НКО и государственные социальные службы. *Иногда нам могут отдать целую фуру продуктов, которую нужно оперативно распределить*,  ; рассказывает вице-президент фонда Анна Алиева-Хрусталева. В 2018 году *Русь* раздала 4,6 тыс. тонн продуктов общей стоимостью 700 млн рублей.

Большинство дарителей ; компании производственного звена. На них в 2018 году легла дополнительная нагрузка из-за *поправок Яровой* в закон *О торговле*. Изменения запрещают торговым сетям возвращать поставщикам нераспроданную продукцию со сроком годности меньше 30 дней.

*После этих поправок ритейл попросту перестал брать на реализацию те товары, чьи сроки годности не позволяют их продать. Причем речь идет не о днях и неделях до окончания срока, а о месяцах. Таким образом, существенный объем пищевых отходов образуется не у ритейла, а у производителя на стадиях хранения и логистики*,  ; объясняет Наталья Беляева из комитета по экологии *Деловой России*.

Но несмотря на рост остатков у поставщиков, они не спешат раздавать продукты через фудшеринг. *В последние три года мы пришли к потолку и находимся в стагнации. Объемы продовольственной помощи колеблются в районе пяти-шести тысяч тонн в год. Некоторое увеличение происходит, но оно критически мало по сравнению с тем, сколько продуктов отправляется на утилизацию*,  ; отмечает вице-президент фонда *Русь*.

Из-за законодательных ограничений и налоговой нагрузки наладить фудшеринг с ритейлом фонду не удалось, а из общепита с *Русью* сотрудничает только одна сеть быстрого питания. Хотя в сегменте HoReCa (оказание услуг или продажа товаров в сфере гостеприимства. ; *Профиль*) скапливается огромное количество остатков, подтверждают в фонде. Например, многие пекарни и кафешки не продают клиентам чуть-чуть
подсохший хлеб или приготовленные накануне блюда. *При этом еда-то хорошая и выбрасывать ее просто грешно*,  ; говорит Алиева-Хрусталева.

Благотворители возлагают надежды на законопроект, который недавно подготовили депутаты Николай Валуев и Сергей Вострецов (оба ; *Единая Россия*). Документ освобождает от налога на прибыль и возвратного НДС продукты, которые предприятия передают на благотворительность. Правительственный отзыв о законопроекте ждали в Госдуме на прошлой неделе, рассказал Вострецов *Профилю*.

Тем временем в пунктах выдачи *банка еды* выстраиваются очереди, а продуктов не хватает. *Мы вынуждены очень многим отказывать, и это провоцирует много негатива*,  ; признается вице-президент продовольственного фонда.

Волонтеры в общепите

Пока законодатели ищут решения, тонны еды спасаются буквально под честное слово. На устных договоренностях работают не только тематические группы в соцсетях, но и волонтерские движения. Так, проект *Фудшеринг Москва* в месяц спасает от 12 до 15 тонн продуктов. Движение существует строго на добровольных началах, не зарегистрировано как юрлицо и не оформляет никаких документов о передаче еды.

Волонтеры сотрудничают с пекарнями, небольшими магазинами, производствами, корпоративными столовыми. Например, из одной столовой в бизнес-центре после окончания рабочего дня можно вывезти до 80 кг еды.
*Если объемы небольшие, то волонтеры передают продукты подопечным семьям или отдельным нуждающимся. Если нужно вывезти несколько десятков или сотен килограммов, то мы используем благотворительные фонды как помощников для распределения еды*,  ; рассказывает один из организаторов проекта Анна Успенская.

На всякий случай движение не разглашает список организаций-партнеров, чтобы не создавать для них лишних рисков. *Число организаций, желающих сдавать еду, постоянно растет. Но в таком формате довольно сложно масштабировать проект и сделать его устойчивым. Мы не можем пойти по пути благотворительного фонда, нанять сотрудников, привлекать гранты или пожертвования и в целом сделать деятельность более открытой*,  ; сетует Успенская.

Сейчас движение пытается разработать договор на передачу продукции, но устоявшихся образцов или практики в России пока нет.

Приложения с поправками

Несмотря на жесткие правила игры, на фудшеринге в России пытаются делать бизнес. Уже запущено несколько сервисов, которые помогают ресторанам, пекарням и продуктовым магазинам пристраивать нереализованную еду. Они работают как агрегаторы предложений от компаний, готовых продать блюда и напитки с большой скидкой, и получают комиссию с каждого заказа. Образец для подражания ; шведская Karma App. В приложении можно купить нераспроданную еду вдвое дешевле начальной цены. За первые три года работы таким образом удалось спасти около 550 тыс. тонн еды. В России масштабы пока намного меньше. Один из самых заметных стартапов ; экосервис eatme ; запустился в начале 2019 года и сейчас доступен в шести городах России. В Петербурге удалось спасти более 2 тонн еды, поделился основатель проекта Рудольф Ан.

По ассортименту и ценам приложение больше напоминает купонные сервисы со скидками. К примеру, через eatme в столичных кафе можно купить пиццу за 586 рублей вместо 690 или курицу карри за 490 рублей вместо 700. В Москве к приложению подключено более 100 точек общепита, но далеко не все они активны.

По словам Ана, развитию подобных сервисов помогли бы налоговые льготы. Если еду, которая продается в рамках фудшеринга со скидкой, вывести из налогооблагаемой базы, это подтолкнет организации включиться в процесс. Однако налоговые поправки, подготовленные в Госдуме, касаются только передачи еды на благотворительность: делать бизнес на фудшеринге они не помогут.

К тому же остается нерешенным вопрос с некондиционными товарами, которые нельзя ни отдать, ни продать, даже если они пригодны в пищу. *Было бы хорошо ввести промежуточную категорию продуктов, непригодную для реализации, но пригодную для безвозмездной отдачи,  ; отмечает Анна Успенская из *Фудшеринг Москва*.  ; Но это уже следующий этап, более далекий*.

Юлия Макарова

Опубликовано: Администратор ЮСИ


Комментарии 0

Наверх
Вниз